Этюд в серых тонах, или ОСТОРОЖНО, ЗОНА!

Nashka
Автор

Несколько последних лет весной особенно сильно тянуло меня туда – в деревню Оревичи на берегу Припяти – на родину отца. Родители рассказывают, что в детстве я там была, но воспоминаний о том давнем визите не сохранилось. Да и не мудрено – было мне тогда не больше четырёх лет. А потом был Чернобыль…
В этом году, на Радуницу, наконец-то, удалось поклониться могилам пращуров и ощутить атмосферу деревни 21-го века в центре Припятского радиационного заповедника, где время остановилось тогда, в 1986-м...

1-й КПП находится в деревне Бабчин Хойникского района, где регистрируют номер автомобиля и данные водителя. Здесь же помимо знакомых знаков, предупреждающих о наличии радиации, имеется информационный щит.

Через несколько километров – второй пост, где происходит повторная регистрация и перепись не только водителя, но и пассажиров. Километров 20 едем по не самому разбитому асфальту, чтобы добраться до Оревич. Дорожного знака на въезде в деревню нет – лежит, спрятавшись лицом в прошлогоднюю траву. Улица встречает по-осеннему серыми декорациями.

До дома предков, увы, не добрались – разлив, вода ещё не спала. Раньше весной туда пробирались тропой вдоль забора, а сейчас всё заросло колючей акацией – не пройдёшь. Пришлось ограничиться фотографией на расстоянии.

dom_v_zarosljah.JPG

Акация здесь разбрелась по всей деревне – свободно ей без людей. Подступила вплотную и к домам, и к дороге, пытаясь взламывать асфальт.

Взглянув на крышу недоступного дома, направились на кладбище, где провели большую часть времени, убирая могилки.

Народа приехало довольно много, хотя, говорят, обычно собирается больше. Могила неподалёку от тех, где лежат бабушка и дедушка, была обнесена оградой из нержавейки. У кого-то поднялась рука «почистить» кладбище и в 15-километровой зоне – от оградки не осталось и следа. Шок.

У одного из приехавших с собой дозиметр. Я видела не самые высокие показания – говорят, наверху кладбищенского холма было и под две сотни

Недалеко от кладбища – остатки свинарника, которым много лет тому заведовал дед.

После уборки засобирались в обратный путь, тем более, на КПП предупредили, что выезд – до 17:00. Но перед тем как уехать, заглянули на одну из улиц мёртвой деревни. В некоторых домах уже прохудилась крыша, и они потихоньку рассыпаются, а многие всё ещё ждут возвращения хозяев, подмигивая отблесками одинокого солнечного луча в окнах с ещё целыми стёклами, надеясь на возвращение жизни.

Дрова, оставшиеся после зимы 1985-86 года, лежат нетронутыми

Вокруг тачки, что тихо ржавеет посреди двора, смыкают кольцо вездесущие акации

Затем заглянули в один из домов, где с портретов на стене на нежданных гостей смотрят хозяева и их сын. Печь ещё цела, но потолок сдался.

Фотографии на стене, наверное, оставили самое сильное впечатление от поездки. Люди вынуждены были бросить всё. Даже память…