От Чертова моста по реке смерти

opv
Автор

От Чертова моста по реке смерти.
-------------------------------------

От скорости-гула сердце заклинило

Карельская ночь застала байдарки у порога Водопадный. Три ступени дрожат. Гулом полнятся плиты, стоящий на запятках лес и хвойный воздух. И даже, прикрыв уши, слышишь у палатки среднюю и нижнюю ступени: одна шипит, другая – кочергу валяет.
-Вы идете от Чертова моста..,– гость замолк,- на “Тайменях” ?!
Пауза, как хруст дырокола, и взгляд-оценка тех, кто греется у костра, и слушает философскую колыханку в исполнении новичка Виктора:”… кто-то разлил молоко, и получилась Млечная дорога”. Незнакомец усмехнулся:“Это кто ж вас заказал ?!”.
Камешек в мой огород: ведь я привел друзей сюда.
Осанка гостя и манера говорить навели догадку. Я подошел ближе:
- Женя Якуценя?- мы пожали руки.
Ночной гость – фигура знаковая. Евгений Якуценя и Василий Казак – отцы-основатели клуба КАЯК в Борисове. Клуб – явление серьезное. Год за годом берет призовые места на соревнованиях в Лосево, под Санкт-Петербургом.
Слово за слово. Дымит смолистый огонь и ревет Водопадный. Женя говорит рывками и жестами. Он настроен и приподнят. Ему и его товарищам рукоплескали. Еще бы. Водопад ОБА-НА по аховой воде никто не смел пройти. И вот, появляется группа Якуцени и устраивает на водопаде тренировку. Скалы оглашаются гулом общественности ОБА-НА. И теперь Евгений вглядывается в группу: кто такие и чего надо на этой не байдарочной реке ?
В интернете увидел перевод, по которому Кутсаойки - “река смерти”. Мы пришли сюда в основном за красотами, оставляя смерти право дремать на завалинке порога.

Видно, на Чертовом мосту мое спокойствие прибрал черт. Река смерти гонит байдарки к лестнице порогов. Препятствия лезут быстрей, чем полагается. Мчится вода. Полет наяву и тревога… Вот уж заселилась этакая штука и нудит.
Рыбаки просигналили:”Дальше не ходите, здесь все буквально обносят”. Думаю:”И что там такое, о чем в святцах не написано?”. Вперили взоры. А это - каньон Короткий ! Лихо прискакали. Опять же… несоответсвие масштаба. В описании все медленно, на деле – сверхбыстро. А может, мы слишком взбудоражены ?
Обитель красоты и ада обнесли без колебаний. Воздух сереет от гнуса. Открытым ртом не дыши. Поперхнешься-выдохнешь и дальше тропой на взлет. Кидаем взгляды. Ворочается-бъется владычица вода, вся бело-ослепительная, нежная и нещадная.
После каньона разводье, и слышен рокот из-за поворота. Напряжение зачастило поршнями. Порог с островом-скалой меж тем бодро гудит. Будем проходить.
Архитектор Ира дергает рукав капитана:
-Давай уже пойдем !
Во мне искрит контакт напряжения. Азарт Иры откровенно изумляет. “Коня на скаку остановит…”. Но коней матросы не останавливали, и порог одолели. А дальше - что-то мрачное. Я в описание: “…5км – шивера…”. Ладно, шивера так шивера, но вылез на берег взглянуть хотя бы начало. Проскребся по стенке до поворота. Да это… Каменистый !!! От скорости-гула сердце обособилось в сторонку и заклинило. В повороте - обломок скалы. Белеют мини-водопадами глыбы-шкафы, раскиданные шахматами.
С обрыва наискосок скатился Вася. Глазищи хлопают:
- Петрович… вот бы пошли… ! Это была б потеря флота…- рассмеялся.
Я вспомнил утреннее…
Водитель Виктор Кураш – земляк с Витебщины - постоял на Чертовом мосту и обронил:
- Высокая вода. Вон камень на перекате закрыло.
Глядя, как много девчат, предложил:
- Со скалы мобильник берет. Надумаете уехать – звоните: приеду, заберу.
- Не дай бог,- я поспешно открестился.
- Смотри - перевернулись,- указала Ирина, едва минуло полчаса воды. Выглядит странно: экипаж прилип и копошится по деревом. Сигаю по бурелому. Скатился в низину с ручьем, и, перебравшись через прелые стволы, увидал ту склоненную ель. Антоновы прижали байдарку под сучьями.
- Давай наверх,- сказал матросу, залезая в воду, и подумал:”Скромный опыт Наташи, ох, не в зачет. Одно, что проведет ее по Кутсе – не мои хлопоты и не забота Василия,- а Наташин твердый дух. А без него - не надо и пытаться попасть в этот хлопотливый рай”.
Я прокинул в уме лица группы. Ира Гринкевич – главный архитектор проекта. Ее капитан Валера Шушуев – начальник цеха. Другое сочетание: студентка Аня Федоренчик и Николай Роговский. За семьдесят ему. Крепок и боевит.
Еще экипаж: вдохновенная учительница Настя Ланько и программист Виктор Нестеров. И конечно, главный бухгалтер Ирина: отчаянный матрос. Подумал:”Состав слабенький, но боевой окрыленный. Надо за ними глаз…”.

…Так умственно я отвлекся, но вернулся к пейзажу Каменистого. Мимо пролетала сильно дурная вода. Кусты в паводке. Будь воды меньше – прошли бы или провели на веревочке. Но как… по этой прухе? Мне представился диалог катамаранщиков:
- А что за ноги мелькнули в валах ?!
- Это байдарочники проводят Каменистый…
Тяжесть пребольшая - сдерживать других. Скажешь “обнос” и… будто предал. Молодежь чистой верой была уже в минуте от подвига. Глаза обращены.
- Зря фартук мастерили ?- читаю насквозь серьезную Анечку. Студентка Аня и степенный Арсентьевич насушили пороха и ждут момента зарыться в пену на длинной зажигалке - “Таймень-3”. А тут и еще экипаж - Виктор и Настя – сверкают очами. Пружина настроя накручена и потрескивает. И лишь три человека – Ирина, Валера, и я - смотрим на реку, как факир на позу змеи.
- Не имеем права на риск,- наконец мямлю,- обнесем героизм по тропе.

Ночной порог – ночной переворот

Водопадный кидает мимо десятки кубов ярости. Вода кипит, будучи сырой. Только в котелке набирает градус нескоро. Якуценя поскреб подбородок:
- Наверное чая, Олег, у вас не попью.
Голова Жени обвязана платочком – такой стиль-шарм. Есть у него жилка – отличаться от других. И он от шутки к делу:
- Если чего надо из продуктов, а у вас – байдарочников - всегда экономия на весе,- мы поможем.
Якуценя чует слабинку, ведь утерял я тушенку, облегчая байдарку перед порогом. О, эти громадные вечерние валы в 20.00 ! Меж мной и Валерой, что подсел в матросы, не видно байдарки. Слова москвичей, отца и сына, что идут на самодельных надувнушках,- вещие:”По этой воде и безымянные пороги - как именные”.
Порог-хамелеон длиной почти в километр завел в ночь. Благо – она белая. С Валерой прошили валы и едва причалили. Берег отвесный, и надо добивать порог до конца. А хамелеон разбился на рукава. Чешу за ухом: не валы были опасными, а рвущие мели впереди -“щучьи зубы”.
Последний экипаж - байдарка Василия. Сажусь вместо Наташи. Лавируем в тесноте гребней, под которыми бойцы-зубцы. Я уже мысленно на берегу, и… ловим камень, за ним другой.
- Как… так… ?!- возмутилась моя самооценка, а вода не спрашивая, кувыркнула. Удар в спину, еще удар – бьет и тащит. “Ну хватит !”- с третьим стуком в поясницу бросил весло и срываю юбку. Меня несет, но удается вставить ноги в дно. Поднялся в рост. Вася согнулся крюком, держит ”Варзугу”, чтобы река не утянула безвозвратно новенькую лодку. От порога Хамелеон – так назвал по ходу - осталось 30 метров. Досадно.
Быстрый ужин готов к часу ночи. Обсуждаем ночной порог.
- Заморил ты нас, Петрович,- вздохнул Валера. Он поднял кружку и обвел всех торжественным взглядом,- но ничего… счас надаем ему по шее и будем еще жить.
- Сколько знаю руководителей - все одинаковы…- смеется студентка Аня.
Над порогом поднимаются одежды тумана. В белой пелене шумят обливники, а вверху, в просвете речного коридора - бледные багряные тона. Это жидкий свет из нового дня…
20 метров до Прыжка

Якуценя, хлебнул свежего чаю:
- Так что ж вам мешало взять у меня катамараны,- продолжает пытать мою совесть,- и шли бы в удовольствие.
- А в чем оно ?- спрашиваю,- вот скажи: твои люди поют ? А у нас, видишь….
Пальцы программиста Виктора летают по грифу. Непохоже, что день орудовали веслом. Не спит, слушая философскую колыханку, весь женский состав - архитектор, учительница, студентка, главбух и врач.
Предприниматель Вася давно бы лег на боковую, но прямит трубу “Варзуги”.
- Осечка была,- перехватил он взгляд Якуцени.
То, что Вася разломает трубу – нет сомнений. Крак – и держит в руках две половинки, и мне воочию видится порог Островной в верховье…
Катамаран ударило лбом в остров. Спружинило и бросило боком с плиты. Зубцы чиркнули по баллонам. Рядом на поляне висят-колышатся ломаные трубы катамарана. Видно с прошлого сезона. Впереди у нас порог Прыжок в два метра высотой. Вот где полет ! Заходная шивера дернула нервы... Вал колыхнул. ”Таймень” встал на ребро. Неужто… падать со ступеньки Прыжка?! Мысли упорхнули. Душа закостенела. ”Таймень” влип в мгновенье, пока в небесах вершится – что уготовить. Вдруг борт выровнялся. Не верю !!! Нет чуда там, где все серьезно. Весло хватает воду, опирается плашмя, выжимает равновесие. В валах не видно углов плит. Поток лавирует, поворачивая ”Таймень”, и важно четко подыграть. Скрежещет весло. Бьют и проносятся глыбы. Байдарка содрогается. Темные шапки обливников исчезают из-под локтя. Грохот вала толсто вбивается в ухо – ГА-А-А. “Ядреная шивера !”- полыхает в горячем мозгу.
Причалили. До Прыжка 20 метров.
- Ну и ну,- выдохнула матрос. Поток летит к двухметровому обрыву с маниакальной силой. Я представил байдарку вверх килем, исчезающую за эту грань. Хорошо, что Ирина успела открениться, когда поддал вал.
С Валерой перегоняем оставшиеся байдарки, и четыре раза во мне молотит овечье сердце.
А уж белая ночь на дворе. Катамаранщики приютились на площадке вплотную к Прыжку. Их руководитель Николай подошел ко мне:
- Жесткая бочка. Не советую идти.
Теплеет: хорошие ребята – москвичи.
Надо определиться с ночлегом. Внизу занято. Виктор нашел место.
Лезем наверх. Тащим в гору палатки, спальники, продукты. Трудно поднимать воду в котлах на верхнюю полку, где открывается раздолье взгляду. Река зажата в скалах - истина, пробивающая путь. Облака припаяны к горизонту углями заката.
Каньон поворачивает и сужается. Там порог Щечки. Вода стиснута в двухметровую щель и вырывается боем в стену. Я оглядываю каньон и понимаю, что плаванье по Карельскому Башкаусу закончилось. Но его еще нужно одолеть по тропе.
День уходит на мытарный обнос Щечек. Заодно наблюдаем. Катамаран кинуло на стенку. Никто не пострадал. Травма была выше, в Каменистом. Седок ударился плечом в скалу.
По верхней тропе удачно проходим пороги Кавказский и Горка. Ковер-пена клеится к подножию стены. На отвесном полотне выделяется картинка цветной породы.
Треснуло небо. Ливень размочил тропу. Но сошлись уже долины Голубых озер и Карельского Башкауса. Подвожу итог верхней части маршрута: аномальная вода, террор гнуса и ломкие, как смычок, байдарки… ”Таймень” в Карельском Башкаусе – скрипичный ключ на обрывающемся нотном стане.

Подальше от камня-убийцы

Утро. Стоянка за сто метров до порога Сомнительный. Вода томится под скалой. Вибрация тяжелых масс сверлит смутным беспокойством. Порог не виден, но чувствую его.
- Теперь пойдет легче-веселей,- говорю на завтраке,- обносы проще, красоты – краше.
Пристально глянул Арсентьевич. Непросто в его-то годы наравне с нами, так он еще - за другими следит. Девчат ограничивает в грузе на обносах. Сам норовит взвалить.
- Ты скажи, когда пойдут нормальные пороги ?
А тут как раз Сомнительный – вместилище неурядиц. “Э-э-э… нет”,- повторяю себе, чтоб не взыграла крамола - сигануть туда в пасть.
- А вы видели его в июне, когда льды впаяны в берега, ни одного комара, а воды еще больше ?- спросил Якуценя резко оживляясь,- две ступени сливаются в одну. Сплошная горка.
“Хорошо бы посмотреть”,- подумал, а в глазах бежит наша лента… Вышли на плиту, где криво обрывается в безмятежье порог Муравей. Я предложил:
- Кто хочет, может пробовать.
В ответ гробовое молчание. Значит, созрели мы для порога БСТ.
Вода за Муравьем отливает перламутром неба. В двухстах метрах ниже – пролог к светопреставлению. Я не узнал БСТ. В среднюю воду обманчив и опасен. А теперь обманчивости нет. Вода перемешана вкрутую с плитами. Давняя худая слава – погибла девушка - заставила жаться к правой стене, подальше от камня-убийцы. Однако ж несет… плечи скрипят, вытягивая отрицаловку.
За поворотом порог-водопад ОБА-НА, и хлопоты с БСТ сразу сникли. ОБА-НА в эту воду - и есть светопреставление, потому что оно затягивает пройти. Кто знал, что скоро будет группа Якуцени, что будут прыгать в искушающую бездну?
- А что,- уточняю,- ОБА-НА – самое сложное на Кутсайоки ?
Женя задумался:
- Да нет. Кавказский сложней. Это настоящий первоклассный порог. В нем есть все.
- Значит, не зря мы его обнесли.
- Женщин у вас много, потому река милосердна,- заметил Якуценя и поднялся с нагретого бревна:
- Спасибо за чай. Поговорили.
Белая ночь уже не белая. Сумерки сложены из крупных глыб. Василий и я вышли на плиту. Первая ступень полощет дух в ванночке смятенья и тянет в безрассудство. И самое время. Ночь в разгаре. Эх, жаль, нет катамарана. Коллонада воды рушится, словно выполняет пред миром заглавную работу.
“Похоже и вправду,- говорю Васе,- Кутсайоки благосклонна: вернула весла, сидушки, фартук. Благороднейшая река смерти”. И что есть жизнь и сама смерть, когда вместо времени бежит вода ? Все смыкается в одно. Тебе легко и ты неотрывен от воды, как бы она не щекотала и не были полны берега ее сокрушительным потоком… Вал-пирамида от берега до берега встретился вчера. На скорости режем его в Малом каньонном и нарываемся на удар. Нос непостижимо отпрыгнул вбок. Ира усидела, а я лечу, хватаясь ярыми зубами за воздух. Удержался еле-еле на честолюбии. Весло провернулось. Ноги потеряли шпангоут-опору, и я, как ванька-встанька. Новый вал подкинул проверяя. Екнуло. Микрон, что отделяет от переворота, пронзил по А. Блоку “все души моей излучины”.
- А ты впечатлительный, Петрович,- сказал Василий зевая, и усмехнулся,- не мы спускаемся по реке, а она милостиво спускает нас.

Шляпа за шляпу

Кутсайоки отметила меня и Виктора, сбросив с метровой плиты. Мягко кинула, будто хотела что-то шепнуть на последнем пороге.
Приняла сонная сова Тумча.
- Вы… с Кутсайоки ?!- катамаранщики, идущие по Тумче, переглянулись. В глазах пауза, как у Жени Якуцени. И нам невдомек: а что же странного ? Наш подход к вопросу ясно прост:
1. любим мы яркую девочку Кутсайоки
2. ходить все пороги подряд необязательно
3. на байдарках мы здесь не первые и не последние.

На песке ниже порога Котел топим баню. Красивую печурку сложил кто-то мастеровой ! Дым валит. Камни малиновые. Небо пристывше-нахмуреное. Под это дело набираем скорость и прыгаем в Котел.
- Будет полет !- настраивал матроса.
Иру захлестывает с головой. Качнуло и пропустило. Как забор проломили. Юбку сорвало. Полбайдарки воды. А все ж, это сладкое слово – Победа.
- Котел – наш !- фиксирует Ира, будто костяшку на счетах перебросила. – А полета не было,- вспомнила,- пойдем еще раз?
Загадочные натуры – женские создания. Мне повторно лезть - зябко. Опасаться вдруг взялся. Старым что ли стал в этой бочке ?
А ведь чудная совья реченька Тумча. Нет тебе обносов, и есть время собраться-настроиться, пока гребем к Карнизу. Никому не говорю, что намерен его проходить. Волнуюсь, торжествую и ужасаюсь.
Пообедали и на остров посредине – глядеть главную ступень.
Десять минут стоим и продолжаем стоять. Так крутит и прет, что забыли, зачем пришли. Наконец я понял, что не пойдем. Первый слив Карниза – удел героев. Мы – не в их шеренге пока.
Штурмуем группой остаток Карниза. Валы и смятенье струй, и в спину валит грохот первой ступени. Я тихо радуюсь: хорошо, что мы – скромняги. Знаем свой шесток. Потому и живут скромные долго. А ветер бьет свинцовыми заслонками, какие б мысли не роились в голове.
- Лето ушло,- сказала Наташа зябко,- и конец отпуску.
- На Карельском Башкаусе была каторга, потом - красоты, потом - пороги,- признался молчаливый Виктор.
- Больше с тобой не сяду,- бросил он, когда Шляпа вздыбила днище и мы сыпемся в бочку, как две невинные монетки.
В берег тыкнулась другая байдарка. У Анечки кромешные глаза. Косички разлетелись из-под шлема:
- Прошли Шляпу !!!
- Так ты ж ей… соломенную шляпу подарила,- охлаждаю словесным фреоном. Но сияет Анечка радужным светом. “Вот и бьемся мы- подумал,- за этот свет по всей длине реки смерти”.
- Давай с тобой,- сказал сурово Васе-сигнальщику.- Загнал нас в бочку с Витенькой - сам теперь поволнуешься.
- Петрович, это будет месть…- он высоко поднял палец. Рядом Ирина лишь улыбнулась… Промчались с ней по Шляпе без заминки. Виктор направил с берега, и мы оказались на плите-постаменте. Нос завис. Выдуло дух, будто забрались на колокольню. Внизу скручивались струи. Мгновение - рухнули туда. Нос уклонился от стены. Выдираясь из потока, причалили горячо к катамарану витебчан.
- Надо еще страховать ?- бородатый руководитель дал знак отчаливать.
Бывает же совпадение: родом с витебщины Виктор Кураш благословил от Чертова моста, и последний порог замкнули витебчане.
Взяли курс в глубь водохранилища. Вереница экипажей и повисшая тишина, как шторка с буквами КОНЕЦ. Ну что ж, пережили реку смерти – переживем и реку жизни. Мы словно скатились с неба, запомнив вкус облаков и грохот жесткой воды.

Олег Воробьев
Минск, 12 января 2009 г.

стихи & очерки:
http://ovorobiev.narod.ru/

худ лит однако :]

чисто из интереса:
а что, там по прежнему 100000 групп на реке? или уже стало 10000000000000000? река прикольная...

opv
Автор
Цитата сообщения от vector отправленного 13 Янв, 2009 в 21:10

худ лит однако :]

чисто из интереса:
а что, там по прежнему 100000 групп на реке? или уже стало 10000000000000000? река прикольная...

Спасибо VectoR ( имя не указано в учетной записи). С 2007-го допуск на Кутсайоки ужесточился. Надо оформлять разрешение на группу у пограничников Алакуртти самому или через фирмы забросчики. Может быть, поэтому было немноголюдно. Видели не более десятка групп. Все к концу роднятся и жалко расставаться. И думаешь - чего не догадались обменяться e-mail ?

А кстати, кто подскажет как поместить сюда фото? Я указал jpg в аттач, но его почему-то не видно. Когда-то успешно делал, но забыл как :(

Картинки изредка глючат, но пробуйте... обычно работает:) (Может, имя поменять?)
1.10.2008 произошли изменения в режиме погранзоны Мурманской области. Отменили режим на Кутсайоки и др. Как будет на самом деле - пока не известно. Например, в Кандалакше списки туристов работники органов собирают по привычке:)

Цитата сообщения от opv отправленного 14 Янв, 2009 в 14:34

... А кстати, кто подскажет как поместить сюда фото? Я указал jpg в аттач, но его почему-то не видно. Когда-то успешно делал, но забыл как :(

раньше помогало поискать своре имя файла по адресу https://poehali.net/attach/ Вот только если имя было русское, то как его переколбасит при сохранении одному богу известно...

https://poehali.net/attach/
А кто-нибудь пробовал сюда заходить?:))

"URL-адрес http://я%20лучше%20ее%20на%20стену%20прибью... содержит недопустимые знаки для расположения, в котором они обнаружены."
и далее что-то на китайском...

Куда только не приведет река смерти...

opv
Автор
Цитата сообщения от kciroohs отправленного 14 Янв, 2009 в 18:45

Картинки изредка глючат, но пробуйте... обычно работает:) (Может, имя поменять?)

имя задаю латиницей. фото пытался вставить уже другое и размер вроде небольшой 600к - не помогает. В общем, функция - добавить фото в эту тему- не работает. Ну да ладно, это мелочи. :) Спасибо всем.