Шокирующая Средняя Азия или как я попал под каток...

look-in
Аўтар

Вдоль дороги жгли костры двенадцать месяцев.

Внизу было лето

Выше - осень

Над облаками - зима

Еще в Турции мнил себя не иначе, как президентом. Все отчеты сходились к одному: дорога или грейдер, или грунтовка. Ощущение было, что едешь, а перед тобой кладут асфальт. Дорога даже пахла свежеуложенным асфальтом - закатали буквально всё.
За неделю до нашей поездки обновили дорогу через перевал Кегеты. Мы были первыми, наверное, за лет тридцать, а может и за всё время, кто его не прошёл, а проехал на велосипеде.

Перевальный взлёт, который еще неделю назад представлял собой сыпучий склон с еле различимой тропой.

Мы же крутые. В первый день прилёта сразу в бой. На третий день быстрый набор дал о себе знать. Сначала средь бела дня начали выключать свет, потом и выключили кислород. Считал десять шагов, потом десять вдохов. Стало тяжелее считать до десяти - перешёл на пять.

Хорошо с велосипедом - есть хоть за что подержаться, повисеть на руле. Ближе к перевалу считал каждый метр.

Танька уже прошла все серпантины и бегала с фотоаппаратом. Я же всё ещё толкал вверх этого непослушного осла с мыслями: ну явно чего-то запрещённого съела.

Как же там было холодно! Свет никогда не заглядывал за хребет. Камни, как нарочно, чуя, что мы вот-вот перевалим хребет и наконец-то увидим солнце, бросали в нас вековой холод. Всё тело разбивала дрожь, может от холода, может от усталости и недостатка кислорода.

Поднявшись на самый верх, у меня было чувства не восторга, а разочарования. Хотелось подняться выше, но дорога вверх внезапно закончилась, дальше только вниз.
Ты едешь туда победителем, гигантом, великаном но попадаешь на те грандиозные склоны, и оказываешься блохой. Блохой, которую можно раздавить одним движением, пылью с плеч великих гор. Ты думаешь, что покоряешь горы. На самом деле горы разрешают тебе посидеть на своих плечах.

Солнце нас порадовало недолго. Осенью оно само сильно не хочет подниматься выше гор.

Становились на ночлег не по солнцу, а по часам - кто его знает, где оно сейчас там, внизу? Вода есть, ровная площадка есть. Что еще нужно? Мы же не знали, что придут хозяева.

Когда стемнело, мы допивали уже чай, от дороги стали скатываться камни. Один, второй, больше, больше. Вокруг кромешная темнота, только фонарик выхватывал из темноты небольшой пятачок земли. Посветив на дорогу, картина ввела в ступор: на нас пялились сотни пар глаз. Лошади, целый табун. Это, оказывается, их место. Как бы им проще объяснить, что мы только на одну ночь? Лошади не двигались с места, иногда переминаясь с ноги на ногу, камни катились вниз. В этой зловещей тишине, нарушаемой только катящимися камнями, расползлись по палаткам, стали уже засыпать. Лошади, почуяв от нас спокойствие, двинули на свое место. Они шли прямо на палатку и земля дрожала от их копыт. "Сейчас они затопчут меня в моей новенькой, пару раз одёванной палатке", - дрожал я вместе с землёй. Через десяток минут всё закончилось. Я стал засыпать, и лошади, судя по всему, тоже стали засыпать.
На утро будильник можно было не заводить - лошади ни свет ни заря пошли обратно.

Солнца утром мы так и не дождались, оно про нас забыло. Пришлось катить вниз отогреваться.

Это был самый короткий день. Долина реки восточный Каракол необычайно живописна.

Небольшой уклон, всё как специально, чтобы не следить за дорогой, а вращать головой вокруг.

Хотелось, чтобы этот пейзаж радовал глаз подольше, но короткий световой день гнал нас вперёд.

Отары овец начинали уже надоедать. Издали были видны облака пыли, которые медленно ползли по дороге навстречу. Поравнявшись, или стоишь, пропуская, или пытаешься ехать, а глупые овцы обегают тебя слева или справа. Сначала, увидев тебя, первые ряды останавливаются, задние начинают поджимать. Ты стоишь до тех пор, пока какая-нибудь самая смелая овца не перепрыгнет в несколько прыжков тебя по обочине, и вся отара след в след устремляется за ней. Получается такое бутылочное горло.

Можно себя поразвлекать: стоять ровно посередине дороги, ждать, пока задние овцы напирают не первые ряды, но уловить момент, пока первая овца не выскочит из стада. Резко стартануть, овцы от страха побегут в две стороны и эти два потока сомкнуться за тобой. Тогда не едешь, плывешь в бушующем море овец, хохоча от безумства сего действа. Правда, с табуном такое лучше не делать. Когда лошадь нежно почесала мой шлем, оставив небольшую вмятину и выпрямив пару извилин, начал с осторожностью стоять в стороне от дороги, ждать, пока пройдет табун, от греха подальше. Лошадь, как и трамвай, следует обходить спереди.

Лариса от красоты чуть не потеряла сознание и решила прилечь отдохнуть, тем более дорога забирает круто вверх - до перевала рукой подать, по меркам Тянь-Шаня, конечно.

Не прошло и пяти минут, как пришёл хозяин места. На Тянь-Шане так - куда не присядь, уже занято.

Как бы не было хорошо здесь, а нужно двигаться дальше

Последний взгляд на живописный Каракол

И мы уже, даже не заметив, перевалили из тихой уютной сказки в жестокую реальность

Первое, чем нас встретил Западный Каракол - ветер в лицо.

Время не бежало, мчалось вперёд. После обеда, не дожидаясь темноты, остановились в саду камней. Так не хотелось уезжать вниз, в долину, где горы отступят от дороги. Ветер стих, оставив нам тишину.

Стих, чтобы через полчаса поменять направление на восточное. Первой резво с места сорвалась палатка, за ней Лариса.

До реки было метров пятьдесят, и это оказалось громадным расстоянием. Сбежать вниз с котелком за водой легко, а, повернув назад, ноги моментально наливались свинцом, прежняя прыть улетучилась. Высота хоть и была небольшой, 3200, но всё же чувствовалась. Без передышки три литра воды я не пронёс.
Ближе к вечеру холодный воздух со снежных вершин стал спускаться в долину, температура на закате уже была минус три.

Мне надоело который день возить с собой драники от Лидкона. Конечно, лучшего места не нашли, чем на морозе, сидя в позе лотоса, натянув на себя всё, что было, даже чехол от велосипеда, жарить на горелке замерзающее тесто.
Прорекламировали их, драники, летом на форуме, взяли на пробу на троих четыре пачки. На мой взгляд - это баловство. Потешить себя где-нибудь на водной днёвке белорусским блюдом может и весело, но тянуть с собой в горы эту смесь крахмала и муки бессмысленно, калорий в них немного и на вкус так себе. Если запить ложку крахмала растительным маслом, эффект для желудка будет тот же.

Я смею предположить, что это были самые высотные драники в мире. Передаю эту эстафету следующим безумцам. Кто пожарит драники еще выше?

Через часа два после ужина от драников в желудке остались только воспоминания. А греть-то себя чем-то надо? Ночь длинная, тринадцать часов. Хорошо, что под рукой всегда продуктовая аптечка с парочкой сникерсов.

Цитата сообщения от look\-in отправленного 29 Дек, 2016 в 11:33

...Ночь длинная, тринадцать часов....

Уже боюсь вставлять комменты в опаске расстрела и этого фото Северным Оленем.
Величаво. Сокровенно. Мрак бездонья, выкативший огни, и - ответный огонек странника.
Занимает дух, если это не проделки фотошопа ))

look-in
Аўтар

Следующий день был самым длинным. Тянулся бесконечно, как для Ларисы тянулся бесконечно брод с ледяной водой.

Дорога постепенно спускалась вниз с небольшим уклоном, что позволял практически не вращать педали. Как на лошади.